congeries

Подвернулся феерической пошлости текст, мимо которого я, как Видный М@тр Психоанализа на ЖЖ, не мог просто так вот взять, и пройти мимо. Итак - Истерия и обсессия: Психопатологические дискурсы русского рока by некто Екатерина Дайс, родившейся в 1978 году.

Вооружившись "теорией семиотики безумия", аффтор решила не ставить диагнозы, а сразу отправиться на поиски "своеобразного Пуруши-первочеловека русского рока"; одной из болезных субличностей которого внезапно явился

Обсессивный дискурс Бориса Гребенщикова

(Тут далее только текст самой статьи, точнее, куска про БГ; у меня сейчас нет пока сил писать комменты про все эти благоглупости. Картинки компульсивных альбомов - отменятина).

Итак, если вы не знали...

"Хотя тексты Бориса Гребенщикова и не сводимы целиком к обсессии, она играет в них большую роль."

"Обсессивный невроз связан одержимостью какой-то одной мыслью, защитной операцией или сложной цепочкой поступков, неосуществление которой приводит к возрастанию тревоги. Также называется "неврозом навязчивых состояний", заставляющим человека повторять непонятные ему фрагменты речи и совершать как будто бы навязанные извне действия для того, чтобы понизить тревогу, "причиной которой является вытесненное благодаря своей невозможности с точки зрения принципа реальности, а затем замещенное, чаще всего запретное сексуальное желание". "Обсессивный невроз связан одержимостью какой-то одной мыслью, защитной операцией или сложной цепочкой поступков, неосуществление которой приводит к возрастанию тревоги. Также называется "неврозом навязчивых состояний", заставляющим человека повторять непонятные ему фрагменты речи и совершать как будто бы навязанные извне действия для того, чтобы понизить тревогу, "причиной которой является вытесненное благодаря своей невозможности с точки зрения принципа реальности, а затем замещенное, чаще всего запретное сексуальное желание".
"Вообще обсессивное сознание все время что-то считает, собственно все подряд: количество прочитанных страниц в книге, количество птиц на проводах, пассажиров в полупустом вагоне метро, автомобилей по мере продвижения по улице, сколько человек пришло на доклад и сколько статей опубликовано, сколько дней осталось до весны и сколько лет до пенсии". "Начнем с названий альбомов группы "Аквариум": "Треугольник", "Квартет Анны Карениной", "Любимые песни Рамзеса IV", "Террариум. Пятиугольный грех", "Десять стрел" - пять из примерно тридцати альбомов группы как-то связаны с числами 3, 4, 5 и 10. Названий песен, где упоминается какое-либо число, гораздо больше. Это "Единственный дом (Джа даст нам все)", "Пионерская, 38", "14", "-30", "25 к 10", "Десять стрел", "Второе стеклянное чудо", "Десять прекрасных дам", "Песня є 2", "212-85-06", "Дорога 21", "25-й день Луны", "8200", "День первый", "Три сестры", "Гарсон № 2", "Однолюб", "4D (Последний день августа)", "500", "Еще один раз".
"Типичный пример обсессивного дискурса содержится в песне "25 к 10", лирический герой которой описывает свое существование с помощью цифр: Я инженер на сотне рублей, И больше я не получу. Мне двадцать пять, и я до сих пор Не знаю, чего хочу Мне двадцать пять, и десять из них Я пою, не зная о чем. [....]
"В текстах группы "Аквариум" тема молодости чрезвычайно важна. Одна из культовых песен содержит поэтический вызов воображаемым соперникам: Где та молодая шпана, Что сотрет нас с лица земли? Ее нет, нет, нет... ("Герои рок-н-ролла") В песне "Сентябрь" дается совет: "Будь один, если хочешь быть молодым..." Композиция "Молодые львы" - апофеоз ананкастического отношения к младшим по возрасту конкурентам, где мы видим не только зависть к возрасту, но и с трудом скрываемую жадность: А что нужно молодым львам? Что нужно молодым львам?.. Но я не скажу им ни слова, Я не приму этот бой, потому что это не бой. Все равно, все, что сделано нами, останется светлым, Все равно, все, что было моим, возьмет себе кто-то другой!
"Жадность, любовь к деньгам, коллекционированию, накоплению - свойства ананкастов. В песне молодые львы идут к даме, но это не становится предметом спора между ними и лирическим героем. Он предъявляет им более серьезную претензию, связанную с глобальным господством: "Ввесь мир готовится лечь к их ногам". "Связь обсессивно-компульсивного или анального характера с деньгами появляется, согласно З. Фрейду, в результате нежелания ребенка расставаться с фекалиями, которым родители придают слишком большую ценность. Ребенок начинает отождествлять кал с сокровищем, которым обладает, решая, делиться им или нет. "Отсюда связь анального характера с деньгами и - шире - с приобретательством и коллекционированием".
"В текстах Бориса Гребенщикова часто упоминаются не собственно деньги, а такие вечные ценности (sic!), как золото, серебро и медь. Как правило, они увязываются с духовным богатством. Недаром одна из самых знаменитых песен, исполнявшихся группой "Аквариум", начинается так: "Под небом голубым / Есть город золотой". Приведем несколько цитат из этого драгоценного ряда: 1. Те, кто рисует нас, Рисуют красным на сером. Цвета как цвета, Но я говорю о другом, Если бы я умел это, я нарисовал бы тебя Там, где зеленые деревья И золото на голубом. 2 А вниз по Волге - Золотая Орда 3 Ты гори, Серафим, золотые крыла... 4 На что мне жемчуг с золотом, на что мне art nouveau; Мне, кроме просветления, не нужно ничего. 5 В железном дворце греха живет наш ласковый враг: На нем копыта и хвост, и золотом вышит жилет. 6 Серебро Господа моего, серебро Господа, Разве я знаю слова, чтобы сказать о тебе? 7 Когда Восток станет Севером и янтарь станет медь, Когда немые на улицах начнут учить тебя петь... 8 Ведь мы ж из серебра-золота, что с нами станется, Ну а вы, кто остались здесь, молитесь за нас.
"Серебро и золото в текстах Бориса Гребенщикова зачастую связаны с молчанием, невозможностью говорить, молитвой и пением. Вероятно, это восходит к известной поговорке: "Слово - серебро, а молчание - золото". В песне "Серебро Господа моего" звучит ананкастическое признание: А мы все молчим, Мы все считаем и ждем; Мы все поем о себе, О чем же нам петь еще? Процесс счета сопрягается с молчанием (серебром) и песнью (золотом), помогая нам решить эту задачу нахождения связи между действием, характерным для данной психопатологии и традиционными свойствами лирического героя Гребенщикова.
Еще одна песня, в которой навязчиво повторяются цифры - "212-85-06". Это цифры некоего телефонного номера, по которому позвонил бы лирический герой, если бы знал приницпы связи, что такое электричество, как идет сигнал, кто клал кабель и т. п. Телефон играет в культуре ХХ века особую роль. Он снимает пространственную оппозицию "Здесь - Там", делая удаленные части света более близкими, превращая разговор с другим континентом в подобие разговора с человеком, находящимся в соседней комнате. У телефонного разговора [...] есть две основные модальности. Это любовный дискурс, причем дискурс несчастной любви. Потому что влюбленные, разговаривающие по телефону, явно лишены возможности непосредственного общения. И дискурс магический. Условно говоря, это голос с того света. Общение с мертвецами, возможное в архаических практиках благодаря магии - вызыванию духов, медиумизму, кручению тарелочек - становится реальным в современном художественном мире благодаря телефону.
"Связь с потусторонним, с недоступным и желанным - основная идея телефонного разговора в песне "212-85-06". Но эта связь осложняется тем, что абонент, с которым хочет поговорить лирический герой песни, не принадлежит не только миру живых, но даже и миру мертвых: Есть люди типа "жив" и люди типа "помер", Но нет никого, кто знал бы твой номер... Для того, чтобы выйти на связь, герой претерпевает страдания инициатического характера, но даже они не приносят должного эффекта: А меня били-колотили во дороге во кустах, Проломили мою голову в семнадцати местах. Увы, недолго это тело будет жить на земле. Вместе с инициационными испытаниями и необходимой в ходе превращения во взрослого человека символической смерти в песне возникают и эсхатологические мотивы: Недолго это тело будет жить на земле, Спроси об этом всадника в белом седле. А далее возникают странные картины, на которых мы видим по сути своей апокалиптические фигуры: Вот женщина, завязанная в транспортном узле, Вот женщина верхом на шершавом козле. Есть люди, у которых хризолитовые ноги. Есть люди, у которых сто четыре головы. Есть люди, разгрызающие кобальтовый сплав, Есть люди, у которых есть двадцать кур-мяф.
Но все они не знают номера, который известен лирическому герою. Они не знают, а он не может им воспользоваться. По крайней мере, до прохождения инициации, до того, как ему "проломили голову в семнадцати местах". После этого формат номера изменился, в конце вместо шестерки лирический герой стал подставлять одну из первых восьми букв русского алфавита. И только тогда становится понятным, что за обсессивным повторением лежит нечто большее: 2-12-85-0а 2-12-85-0б 2-12-85-0в 2-12-85-0г 2-12-85-0д 2-12-85-0е 2-12-85-0е 2-12-85-0ж 2-12-85-06 - это твой номер, номер, номер... Словно бы уподобляясь каббалисту, переставляющему различные буквы алфавита для того, чтобы найти имя Бога, герой песни использует различные комбинации букв и цифр с предполагаемой целью вступить с Ним в Диалог. Не любовный и не магический дискурс, а дискурс разговора человека с высшим началом - основная идея этой песни, подтверждаемая наличием в ней инициатической и эсхатологической линий.
Рассмотрев двух из примерно десятка ключевых для русского рока персоналий, мы приходим к выводу, что дальнейшее изучение текстов данной субкультуры с точки зрения семиотики безумия, введенной в отечественное культурологическое поле исследований философом Вадимом Рудневым, может быть чрезвычайно продуктивным. В качестве рабочей гипотезы хочется предложить возможную трактовку обобщенной личности русского рокера an Sich как мозаичной личности, в которой сочетаются черты истерика, обсессивного, депрессивного, эпилептоида и шизофреника. Оговоримся - речь идет не о конкретных рокерах, а о своеобразном Пуруши, первочеловеке русского рока, отдельные части личности которого мы и видим в текстах популярных групп. И еще раз - наша задача не раздавать диагнозы, а определить, чем различные дискурсы в рамках одной субкультуры отличаются один от другого, как они дополняют друг друга, что их объединяет и каким образом они "слипаются" в единый мегатекст русского рока.